Изучая краеведческий материал, который мог бы в какой-то мере дополнить историю моей семьи и в частности факты из биографии моего деда, я открыл для себя следующее. Насколько мне известно, прапрадед, прадед и дед были родом из небольшой деревни Кусты. Какая по ней есть информация?
Как уже отмечалось, деревня (починок) Кусты возникла в 18 веке (на речках Шахматке и Песьянке), и была занесена на карту в 1785 г. Согласно записи в ревизской сказке Ершовского удельного приказа, в 1834 г. в починке было 10 хозяйств, в том числе: Балабановы (3 хозяйства), Кустовы (4), Суханов (1), Чупилев (1) и Шаршавин (1). В 1869 г. было 23 дома, 158 жителей, в 1908 г. - 31 хозяйство. В 1921 г. от лесного пожара сгорела почти вся деревня. К моменту организации Фокинского района, деревня все еще отстраивалась, и в ней было 35 домов, многие жили во времянках.
Но, оказывается, был починок Малые Кусты на речке Становая Фокинского сельсовета, который возник в начале 1800 годов. В ревизской сказке на 1834 г. по Ершовскому удельному приказу числилось в починке 8 хозяйств, в том числе по фамилиям: Кустовы – 5 хозяйств, Балабановы – 3 хозяйства. В 1924 г. к моменту образования Фокинского района в деревне было 42 хозяйства. В 1966 г. была признана неперспективной и переселилась в с. Фоки [1].
Но, еще раз повторюсь, в семье упоминались именно Кусты, где Кустов Михаил Иванович родился 13 октября 1921 г. Времена были не простые – Первая мировая, а потом Гражданская война, которая окончательно закончилась только в 1922 г.
Жили своим трудом и как- то даже и не совсем бедно. Рыбы в реках было много, в лесах много дичи, была своя пасека. У деда и отца Михаил научился работать плотницкими инструментами, плести лапти. В последних, кстати, он ходил и в школу, а зимой еще и на лыжах примерно 10 километров до Фок. Из его детства я запомнил только один рассказ, когда ребята нашли артиллерийский снаряд и бросили его в костер, после чего спрятались. Долго ничего не происходило. Когда несколько мальчишек подошли, раздался взрыв, от которого кого убило, кого ранило. Вот такие были «игры» и шалости.
Такие находки случались и в наши дни. Например, в июне 2005 г. на Заре по ул. Комсомольской был найден снаряд времен гражданской войны [2].
А в 2006 г. на берегу залива в районе Векошинки один местный житель обнаружил два снаряда [3].
Думается, что после окончания школы дед не видел перспектив для себя в деревне – его дед умер, в стране шла коллективизация сельского хозяйства и в тоже время мощными темпами развивалась промышленность. Поэтому семья покинула деревню и переехала ближе к Перми. Два года, до призыва в армию Михаил Иванович жил в Краснокамске.
Я не случайно отметил про снаряды. Дед попал служить в учебку артиллерийской части, где-то под Воронежом. С началом войны их отправили на фронт, но вскоре часть была разбита, попала в окружение, а дед попал в плен.
Каким-то образом, пробыв в плену около 3 дней, ему с несколькими товарищами удалось бежать. Повезло в том, что один был из местных и знал, что где находится. Им удалось добраться до своих. Больше полугода от деда не было писем, и отец с матерью уже считали, что он погиб. А дальше Михаил Иванович воевал также артиллерийским разведчиком до ранения в феврале 1945 г.
До войны у Михаила Ивановича в Перми была девушка, но за 5 лет разлуки она его или не дождалась или они поссорились. А отец его после войны снова вернулся в родные края и рубил по деревням срубы для домов и бань. И вот в селе Сосново он рубил какой-то сруб для семьи Татаркиных и ему понравилась у них дочка Нина (Минадора), которая выучилась на швею и потом уехала в Сарапул. Тогда Иван Иванович решил познакомить ее со своим сыном. История была такова, что Михаил Иванович стоял на пристани в селе Сайгатка и ждал пароход. Он решил так: «Пойдет пароход вверх по Каме поеду в Молотов (Пермь). Пойдет вниз - поеду в Сарапул». Первым пришел пароход, идущий вниз… И 17 июня 1947 г. был заключен брак между Кустовым Михаилом Ивановичем и Татаркиной Минадорой Григорьевной. Ее родители, сестра и два брата родом были из деревни Ольховочка, что рядом с селом Сосново.
Моя бабушка была с непростым характером, малообщительная по отношению к своим родственникам. Их потомки живут в Чайковском, Ижевске, селе Сосново и с некоторыми я поддерживаю связь.
Сестра Михаила Ивановича – Анфиса Ивановна (1923-2004), в замужестве Наумова, жила на Заре, на Комсомольской улице. Ее муж Борис тоже был ветеран войны. У них были дети Константин, Дмитрий, Любовь. С дочкой одного из сыновей, своей троюродной сестрой, я общаюсь.
Были у деда родственники в г. Воткинске – там жила его тетка Прасковья Ивановна, у нее были две дочери. Когда деда не стало, они приезжали на похороны. Девичьи фамилии у них очевидно Клементовы…
Когда дед построил дом, то его по работе отправили с отчетом в Ташкент, это было в ноябре 1953 г. Видимо, печную трубу сделали некачественно и она на чердаке обрушилась. Печнику пришлось на морозе ее восстанавливать. И такая немного кривая она простояла до 2012 г., когда печь я разобрал, и мы поставили новую. Интересно, что при сортировке старых кирпичей попадались кирпичи довольно большого «нестандартного» размера. Отец сказал, что это кирпичи от сайгатской церкви, которую снесли после войны и народ разобрал кирпич на свои нужды….
Истории людей вплетаются в историю Сайгатки и окрестных деревень, историю города Чайковский, историю страны…Сопоставляя эти истории, которые передавались изустно с семейными фотографиями и документами, с какими-то более масштабными историческими событиями, мы сохраняем семейные и родовые традиции и передаем их последующим поколениям. Это важно, это интересно. Ну, по крайней мере для меня…
Олег Кустов
Литература:
1. http://chaiklib.permculture.ru
2. Н. Ильиных «Смертельный груз вывезен из города» // «Частный интерес», № 25, 23 июня 2005 г.
3. М. Селиванова «Опасная находка» // «Частный интерес», № 19, 11 мая 2006 г.
